April 7th, 2006

svidetel

Как мы ходили в продуктовые магазины.

Магазины были разбиты на отделы и сразу требовалось определить, как именно отделы обслуживаются кассами. Для больших магазинов возможны были варианты: либо все кассы пробивают все отделы, либо каждая касса специализируется на каком-то определенном отделе или нескольких. Ошибиться было нельзя – очень обидно отстоять очередь в кассу, выбить чек не в тот отдел, а потом выслушивать от возмущенной продавщицы, что это не ее чек. Усилия, таким образом, пропадали втуне. Такие чеки необходимо было сдавать в кассу и выбивать правильные. Кассирши ругались, когда им сдавали такие чеки. Упаси Бог, вам ошибиться у кассы – тогда нужно было «перебить чек на другой отдел».
Collapse )
часть лица в тени

Эпоха

В последние дни марта меня пригласили на собеседование в одно рекламное агентство. Когда я подошел к этому зданию в районе метро Новослободской, то понял, что местечко-то историческое - это издательский дом "Молодая Гвардия"; сразу вспомнились книжки, которые я брал в школьной библиотеке пару десятилетий назад.

Но по-настоящему я впал в ностальгию, когда поднялся на пятый этаж и дверь лифта открылась… Большая вывеска-логотип "Пионерская правда" и ниже: газета для детей и подростков. Тем самым шрифтом, как "Первое сентября. Классная работа".
Эту газету "добровольно-принудительно" мы, вернее, наши родители, выписывали в школе, в частности "я" - с 1983 года, когда и готовился стать пионером. Помню, как я думал, что газета придет прямо 1 января, и с того дня преданно ждал, ну когда же в почтовом ящике забелеет моя первая газета?! Выписанная специально для меня! До этого были "Веселые Картинки" и "Мурзилка", но… Они же дет-ски- е-е, а это - газета для настоящего взрослого пионера! Когда газета пришла - мучительное ожидание её продлилось неделю - я почувствовал, будто вот именно теперь я стал взрослым. Я помню, как она пахла, свежеотпечатанная, с мороза…
Одним из самых любимых были публикации книг Кира Булычева, в частности "Лиловый Шар" на последней странице. И, кажется это там - "Зеркало" с обсуждением хороших и плохих поступков подростков.

Сейчас, в 2006-м, до мгновения, пока я не увидел вывеску редакции в этом стареньком коридоре, я думал, что газеты таковой и нет уже давно! Вернее, я вообще ничего о ней не думал, ведь когда что-то остается в прошлом, то для тебя оно умирает, будто его давно уже нет в природе. Ан нет - живет и здравствует!
Нужное мне рекламное агентство располагалось на том же этаже налево, но я, прикинувшись заблудившимся, пошел вперед по коридору, под эпохальную вывеску, по ковровой дорожке. В большой клетке звонко кричали волнистые попугайчики - всё точно так, как было у меня дома в моем детстве… "Молодой человек, вы к кому? - прервал мой полёт дедушка на входе. "Ой, а что здесь? Кажется, я не туда повернул…". Хотелось просто сделать несколько шагов по этому коридору, заглянуть в комнату редакции, где сидят юные журналисты, которых в день, когда я нюхал морозную "Пионерку" ещё и в планах не было. Но, может быть, кто-то из той эпохи остался? Промелькнула какая-та женщина - вот, она точно "оттуда", из легендарного прошлого, подумалось мне…

Вчера меня снова пригласили на собеседования в то РА. Честно говоря, шел с радостью. Из-за "Пионерки". Двери лифта открылись, я вышел и вновь засмотрелся на фетиш: "Пионерская правда" и ниже: газета для детей и подростков.
…Чуть обернувшись, у дверей лифта вижу лист формата А3, с фото женщины и текстом:
Ушла эпоха
В это трудно поверить, но скоропостижно скончалась… Ольга Игоревна Грекова… редактор "Пионерской правды" с 1983 года...


…да-да, я отчетливо вспомнил, я ведь детально тогда изучал газету: Главный редактор О. Грекова…

Тогда, в конце марта, она ещё была там. Здесь.

04.04.06.
  • Current Music
    103, 7
arun
  • atyz

конфеты

Конечно, любимыми были эти чудо-конфеты, которых теперь нигде не найти. Чудо-конфеты были длинные-длинные, они все никак не заканчивались, полосатые тонкие палочки в папиросной бумажке, на которой были нарисованы фейерверки, в прозрачной бумажке, ленточкой вокруг. Чудо-конфеты были кислые, так, что щелкало где-то под языком в предвкушении этой кислоты, и липкие, они таяли на языке нежным, мягким тягучим сахаром, они марали пальцы и обливали морем счастья наши с сестрой детские души. Кремового цвета длинная палочка с розовой или зеленой полоской сбоку, ее можно было с хрустом откусывать маленькими кусочками, а потом катать по языку, чтобы ни в коем случае не прилипала к зубам похлеще любого клея.
Где-то в коробке из под птичьего молока остались фантики от них.