Маскер (_masquer_) wrote in 76_82,
Маскер
_masquer_
76_82

"Д'Артаньян и три мушкетера". Как было и как было бы.

Недавно на одном сайте обнаружила воспоминания Георгия Юнгвальд-Хилькевича, режиссера любимейшего фильма всех времен и народов - "Д'Артаньян и три мушкетера", о том, как оно все снималось. Занимательно до безумия.

Заинтересовало, в частности, то, что многие ключевые актеры попали в фильм по случайности. А изначально утверждены были совершенно другие люди.

44,39 КБ

Вот таким мог бы быть Атос - Василий Ливанов.

"Сниматься в роли Атоса должен был Вася Ливанов. И он был единственным кандидатом. Но Ливанов — человек сложный. Он два раза приезжал в Одессу на пробы. На него надели костюм, сделали прекрасные фотопробы. И все было замечательно. Но потом Вася пропал и до конца съемочного дня не появился.

Я же был подневольным, начинающим режиссером и не мог утверждать актеров без проб. И должен был пробовать до победы.

Я понял — значит, не судьба. Не случилось Василию Борисовичу сыграть Атоса. Зато он стал Холмсом.

Поехал я тогда в Москву и увидел в Театре на Таганке спектакль «Мастер и Маргарита». Воланда играл Смехов"




Photobucket - Video and Image Hosting





Photobucket - Video and Image Hosting




В роли Д'Артаньяна был утвержден Александр Абдулов.

"Я приехал в Петербург, Миша пришел в гостиницу. Посмотрел я на него и сказал:

— Будем пробовать вас на Рошфора.

К тому времени на роль д'Артаньяна был уже утвержден Саша Абдулов. Боярский ответил:

— В этой картине готов играть даже дворника. Его одели в костюм... Он зашёл в павильон... и тишина наступила на Одесской студии.

Думаю: «Что такое, почему так тихо, пожар, что ли?».

Потому что на студии всегда галдеж. Замолкают, только если что-то серьезное случится.

Поворачиваюсь: передо нами стоит д'Артаньян. Единственный и неповторимый.

И с Мишей все было решено".



Photobucket - Video and Image Hosting


Photobucket - Video and Image Hosting



Хилькевич хотел снимать в роли Констанции Евгению Симонову.

"Перед Ирой Алфёровой — госпожой Бонасье я испытываю вину, потому что не вложил в нее столько режиссерской любви и заботы, как, например, в Алису Фрейндлих или Лену Цыплакову. Дело в том, что Ира была мне навязана. И это меня очень раздражало. Алферова нравилась руководству телевидения, потому что хорошо снялась в «Хождении по мукам». Я хотел утвердить Женю Симонову, но мне не дали. Ира не знала этого. У нас были нормальные отношения, и она осталась довольна своей ролью. Но ей было трудно на съемках. Были проблемы с музыкальностью. Ей было тяжело танцевать и петь одновременно. Она немного сутулая. Бонасье Жени Симоновой была бы более изыскано-хитрой, лукавой, ускользающей. А Ира Алферова — глубоко славянский тип. И французская легкость просто ей несвойственна. Я же не изменил своего замысла по прочтению этого образа и натаскивал Иру на то, что с легкостью могла бы сделать Симонова. Вот за это я чувствую перед Алферовой неловкость. Мне надо было идти от ее способностей, ее дарования".


Photobucket - Video and Image Hosting



Игорь Костолевский так и не стал герцогом Бэкингемом.

"А вот Костолевский отказался от роли Бэкингема из-за того, что не была утверждена Симонова. Костолевский был бы совсем другим Бэкингемом, но замысел оставался бы тем же. Проскальзывающие английские фразы. Фатоватость. Впрочем, к чести Алексея Кузнецова следует заметить, что из него получился прекрасный Бэкингем. Это один из моих любимых образов".


Photobucket - Video and Image Hosting


Photobucket - Video and Image Hosting



Миледи Винтер должна была играть Елена Соловей

"Представьте себе, что первой на роль Миледи пробовалась и даже была утверждена вовсе не Терехова. Миледи должна была сыграть Елена Соловей. <...>

Но был один серьезный-нюанс, мешающий работе, который Соловей в ближайшее время собиралась устранить. Она была «чуть-чуть» беременна и должна была сделать аборт. Поэтому была утверждена. И все по поводу Миледи были спокойны.

Вдруг, перед самым началом съемок, Лена звонит мне и говорит: «Георгий Эмильевич, я рожать решила. Не могу я сделать аборт, он уже шевелится».

Я в обмороке. Думаю: каково Никите Михалкову, у которого она снимается?!

Михалков, говорят, ее чуть не задушил. Он доснимал в «Механическом пианино» уже совсем глубоко беременную и оттого совсем круглую Лену. А я, увы, был вынужден отказаться от работы с Соловей. Если бы дело дошло до съемок, у меня Миледи к концу второй серии уже была бы на девятом месяце. От кардинала Ришелье, вероятно. Была бы беременна Мордаунтом".
-----------------------------------------------------------
Такие вот цитаты.
А ведь мог бы быть совершенно другой фильм. Лично я ни об одной замене не жалею. Правда, при всей моей любви к Смехову....Ливанов был бы интересный Атос. Очень интересный.

Итак, на сайте Льва Дурова выложены главы из книги режиссера Юнгвальд-Хилькевича "За кадром" - о том, как снимался фильм о мушкетерах и об атмосфере, в которой актеры не только играли, но и жили как настоящие герои Дюма. Почитайте, оно того стоит. Вот ссылки.

ЛЮДОВИК
АННА АВСТРИЙСКАЯ
Д'АРТАНЬЯН
ПОРТОС
АРАМИС
АТОС
МИЛЕДИ
МАКСИМ ДУНАЕВСКИЙ
НАКОНЕЦ - СЪЕМКИ
КОНСТАНЦИЯ
УРОКИ

А вот - воспоминания актеров. Из той же книги.
СЛОВО МИЛЕДИ - ТЕРЕХОВОЙ
ВОСПОМИНАНИЯ БОЯРСКОГО О СЪЕМКАХ
ИГОРЬ СТАРЫГИН ОБ АРАМИСЕ
ВЛАДИМИР БАЛОН - ДЕ ЖЮССАК
ОДИН ЗА ВСЕХ - И ВСЕ ЗА ОДНОГО

На этом же сайте выложены главы из книги Вениамина Смехова "Театр моей жизни". Даю ссылку на первую главу (там в конце страницы ссылки на остальные. просто я немножко устала возиться с ссылками:)

У Смехова там чудесная история про лошадь.

"Спасибо М.Боярскому: он научил моего коня, двадцативосьмилетнего Воска, галопу. Говорили, что Воск в двадцати двух фильмах актеров носил — надорвался, память, видимо, притупилась. Миша ему все сразу напомнил, и я полетел — как в детских снах, со свистом в ушах. Итак, галоп состоялся, и мы летим вчетвером. Летят наши лошади, летят наши кудри, а я лечу впереди товарищей и вдогонку слышу вопль изумленного Боярского: «Атосик! Это уже аллюр!» Не успеваю сообразить, к добру или во вред мне это хитрое французское словечко. Воску явно в радость вопль гасконца, и мы летим еще шибче, я прижимаюсь еще ниже к потной гриве, и судьба моя летит аллюром.

Миша кричит: «Атосик, молодец!»

Режиссер кричит: «Мушкетеры, отлично!»

Оператор кричит: «Стоп, сняли!»

Они сняли, а я все несусь. Сапогами сжимаю лошажьи бока, кричу: «Стой, сволочь!» Узду перебираю, как учили, а он все быстрее вперед. Уже Украину проехал, уже Белоруссия позади... Конь, куда несешься ты, дай ответ! Куда мчит тебя разбуженная память? Ору, матерюсь, скорость космическая, на ходу уже с мамой-папой и с детишками простился, вдруг смотрю — овраг! Воск бы и его перемахнул, коньком-горбунком бы обернулся, ему-то что? Но тут я, как Илья Муромец, силу безмерную почуял, вздернул поводья — конь мой столбом встал. В цирке это «свечкой» называется. Жаль, полюбоваться некому: единственный зритель на земле лежит. Из обморока вывел меня Володя Болон (шепотом): «Веня, если ты живой — не признавайся. Мы из дирекции оплату трюковых под твою смерть выбьем». И трюковые выбили, и меня оживили.

Кстати, о моем Воске я услыхал совсем недавно, именно во время гастролей по Израилю, печальную новость. В доме друзей, в Иерусалиме, оказался славный парень из Львова. Теперь он ди-джей, а в тот год Лошади он мальчишкой помогал нашему тренеру и ухаживал за лошадьми. Припомнил он белого Воска и весело сообщил, что Воск после съемок был очень печальным, работать отказывался и его, по старости лет, прикончили и... съели. И парень из Львова перестал мне казаться славным".
--------------------------------------------------

И вот эта история произвела на меня большое впечатление. То есть, я, конечно, читала, что Боярский снимается без каскадеров, что он храбрец и герой, как и полагается быть гасконцу, но чтобы вот так...

"Во время съемок случилась еще одна ужасная история. Снимали «марлезонский балет» в Одесском оперном театре. Момент, когда Боярский прорывается с подвесками. Рошфор — Боря Клюев был задуман как человек никогда не достающий шпагу, поэтому он не работал с каскадёрами и был не в курсе хитростей фехтования шпагой с заостренным концом. Во время съемок Боярский страстно, темпераментно фехтовал. И тут Клюев не выдержал, выхватил шпагу и нанес Мише укол. Миша нам конечно же ничего не сказал и продолжал работать. Я говорю:

— Ещё дубль!

Боярского нет. Я спрашиваю:

— Миша! Ты готов? Он выходит, отвечает:

-Да.

Снимаем еще дубль, а его опять нет. В те времена из-за постоянного брака советской кинопленки необходимо было снимать три-четыре дубля. Я иду за ним, подозревая, что он опять где-то «квасит». Захожу в туалет и вижу: у него изо рта кровища хлещет, а он ее сплевывает.

Потом, когда рентген сделали, выяснилось, что шпага ему в нёбо попала. Рана была очень глубокой — всего сантиметра до мозга не хватило. Съемки тут же закончились. Продолжение «мар-лезонского балета» нам разрешили снимать во Дворце моряков с тем условием, что Боярский споёт концерт. Боярского напичкали лекарствами и отвезли в гостиницу с температурой тридцать восемь.

Я звоню директору Дворца моряков, говорю:

— Боярский травмирован, ему шпагой нёбо прокололи, петь он не может.

А директор отвечает:

— Знаю я эти вечные отговорки! Я так и предполагала, что так будет.

Миша узнал о разговоре, взвился и говорит:

— Всё. Иду петь.

Мы пытались его удержать, ведь кровотечение «скорая» еле-еле остановила. И врачи не гарантировали ему, что голос останется. — Миша, ты с ума сошёл! У тебя может быть заражение крови!

Но если Боярский решил, то его ничем не удержишь. И он два часа пел концерт в Доме моряков! Причем абсолютно трезвый. Как ни странно, от этой гимнастики связки зажили моментально. Господь его сохранил за такой подвиг.

Да, все актёры повторили судьбы своих героев. Поэтому я из суеверного страха боялся снимать последнюю часть, где они все погибают".


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 49 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →