ива_но_ва (iva_no_va) wrote in 76_82,
ива_но_ва
iva_no_va
76_82

Category:

Субботнее утро

Знаю, что обещала продолжение историй из детства. По причине невероятной загруженности, пока просто физически не могу написать ничего. Однако, я вот порылась в своих записях и обнаружила это. Тоже из детства. Зарисовка летнего утра.
Может быть у кого-то из вас тоже разбудит воспоминания.

Лето. Ранним утром роса посеребренными каплями стекает с листочков резко яркой листвы. Светло и спокойно. Так спокойно бывает только в детстве...

 

Я всегда с нетерпением ждала субботы. Рано утром, пока все еще нежились в постелях, отсыпаясь за все недосыпные будние дни, лишь заслышав мамины тихие шаги, я спрыгивала с кровати и босиком, на цыпочках, подходила к кухонной двери. Мама пила чай. Рядом со столом стояла корзинка, в которой лежали матерчатые сумки из болоньи и авоськи, и, конечно же пол-литровая банка с пластмассовой крышкой. Мама собралась на рынок. Как она умудрялась не поворачивая головы, не взглянув на дверь, узнать, что я уже топчусь у входа в кухню, для меня было загадкой, ведь ни одна половица не скрипнула, но мама шепотом, чтобы не разбудить домашних, улыбнувшись, говорила:

-         Ну, что, стрекоза, тебе не спится? Рань такая, чего вскочила, - и поворачивалась ко мне.

-         Мам, я с тобой, - на всякий случай я уже приготовила свой “канючный” голос, но в это утро он не понадобился. Мама неожиданно быстро согласилась.

-         Хорошо, только тихо оденься и пить чай. Позавтракаешь, и пойдем.

Сердце подпрыгнуло. Я иду на базар! Ура! Не знаю почему именно к базарам у меня с самого детства такой интерес. Казалось бы – толчея, шум, гам, люди... Объяснить это невозможно. С этих пор я ходила на рынок с мамой каждую неделю и для меня это было замечательным увлекательным путешествием в другой, шумный, яркий, ароматный мир.

...Завтракать, впрочем, как и обедать, и ужинать, я совершенно не хотела.

-         Этот ребенок живет воздухом, - всегда причитала моя бабушка. Но ради похода на рынок, я в одну минуту, обжигаясь выпила сладкий ароматный чай, запихала ломоть батона с маслом и сыром за щеку, схватила корзинку и даже напялила на голову панамку.

До рынка-базара мы с мамой шли пешком. Недолго. Минут двадцать. Не хотелось в такое замечательное утро ехать в дребезжащем троллейбусе. И всего-то – две остановки. Город еще спал. Поливальные машины разъезжались после своей работы оставляя свежесть и блестящие, как спина кита, тротуары и дороги. Солнце еще только-только проснулось, и потягиваясь, сонно щурилось из-за веток раскидистых кленов и величавых каштанов. Я крепко держалась за мамину руку, слегка поеживаясь от утренней свежести.

-         Мам, а арбуз купим? – допытывалась я.

-         Какие же арбузы – июнь. Арбузы в августе будут.

-         А клубнику? – не унималась я.

-         Клубнику купим. И черешню тоже. – улыбалась мама.

-         А клубнику на варенье? Или просто кушать?

-         Не знаю, посмотрим, может и на варенье.

-         А банка для сметаны? – не унималась я.

-         Для сметаны, конечно, - отвечала мама.

-         А тогда и творог тоже купим?

-         И творог тоже.

-         Чур я буду пробовать!

-         Конечно, ты, а кто ж еще?

Наверное, это и есть счастье. Детство. Июнь. Солнце. Мама молодая, необыкновенно красивая. Ее золотистые вьющиеся волосы, не скованные шпильками и заколками, упруго подпрыгивали в такт шагам. Ах, какие у нее синие глаза! Не то что мои – не поймешь что – то они зеленые, то рыжие, то черные... И руки у мамы теплые, мягкие, добрые. И ямочки на щеках, как у меня, то есть у меня, как у нее...

Мы пришли. На улицах народу не было, а на рынке – муравейник. Не одни мы были такими умными – все спешили с утра отовариться. Народ галдел, торговался, беззлобно ругался, перепрыгивал через лужи, сплевывал семечную шелуху; ел горячие пирожки с повидлом

Яблоки и груши уложены в одинаковые пирамидальные горки. Яркими бочками золотился белый налив, сочный, хрумкий. Груши гнилушки – мои любимые, мелкими россыпями, как беспризорные щенки, развалились на прилавках. Грузин в огромной кепке продавал помидоры. Еще дорогие, но такие красивые и ароматные, что мама, не выдержала, подошла прицениться. Грузин оживился и блестя золотыми зубами сыпал комплиментами, не уступуая ни копейки.

-         Такой красивый женщина, бери – свежий ароматный помидор – наливной, как твои щечка!

-         Уступи в цене – возьму, - не сдавалась мама.

-         Ай-яй-яй – как уступи! Вай! Уступи – итак задаром отдаю...

 

Я наблюдала за мамой и за грузином, и уже знала, что грузин уступит и мама возьмет помидоры. И он щедро отвесит на смешных весах с гирьками «пару кило», а сверху «набросит» еще один помидор.

...Молочные ряды. Чистенькие бабульки в белых в крапочку платочках, и в белых же фартуках, все одинаковые, словно старшекласницы в праздник. Только вместо коричневых форменных платьев одеты они в ситцево-сатиновый пестрый разнобой. Отчего молочные ряды казались самыми нарядными. Творог, как и было обещано, доверено пробовать мне. Марлечка еще сыровата от сыворотки, а творог с желтоватым оттенком.

-         Пробуй, деточка, пробуй! Свеженький, только откинула с вечернего молока. – приговаривает торговка.

Творог кислый. Я морщусь. Мама переходит к другой, точь-в-точь такой же бабусе. Она ловко откидывает марлю. Я пробую. Этот мне нравится. Я серьезно спрашиваю, подражая маме:

-         Почем?

И торговка, и мама хохочут и мы берем два фунта творога. Теперь сметана...

 

Сумки тяжелые. В корзинке помидоры и клубника, в авоськах груши-гнилушки, зеленый лук, молодая картошка, укроп, в бумажном кулечке черешня, черника...

Я помогаю. Корзинка оттягивает мою руку, идти неудобно. Но я креплюсь и стараюсь не подать виду, что мне тяжело. На рынке мама всегда встречает знакомых.

-         Ниночка, ты все молодеешь, - говорит тетенька с черными, как уголь бровями. Я ее боюсь. Сейчас она ущипнет меня за щеку и скажет, как я выросла!..

 

Жарко. Солнце, окончательно проснувшись, припекает. Хочу пить, но не ною, маме сейчас не до меня. На рынок приехали машины, огромные грузовики, на которых, как на сцене, ловко снуют молодые тетки и хлопцы. Промтовары. С районов. Там в районах не покупают крепдишиновые платья, а в городе сразу выстраивается очередь. Мама отводит меня к лавочке. Сгружает все сумки и говорит:

-         Посиди минутку, ни шагу отсюда, и за сумками смотри. Я сейчас.

Мама ныряет в толпу выкрикивающих размеры теток, и скрывается из виду. Я терпеливо жду и рассматриваю толпу. Пить хочется сильнее. Я вытащила из сумки несколько черешен, обтерла их о платье... Ах, какое блаженство – кисло-сладкие, мясистые, душистые. Грязные ягоды есть нельзя – вспоминаю я бабулино грозное указание, но, ведь никто не видит. И я опять влезаю в кулек с черешней.

... Домой мы  приехали на машине. Выйдя с рынка, мама подняла руку, и водитель красной машины – «частник» - за рубль согласился нас «подкинуть» до дома.

Всего пол-одиннадцатого утра. Моя младшая сестра еще спит. Бабуля вышла нас встречать к калитке. Папа готовит завтрак. Молодая, ароматная желтоватая картошка, засыпана укропом и чесноком. Салат из помидоров, огурцов, зеленого лука... Шкворчит в сковороде жаренка...Суббота. Июнь. Детство...

 


Subscribe

  • В одном детском саду

  • За рулем

    Да, были игрушки в наше время, я даже не знал, что было такое разнообразия, у меня был только первый вариант, а выпускал их Томский приборный завод.…

  • Одет по форме

    В мою бытность таким же, особым шиком пользовались солдатские ремни, наш класс можно было смело по ременному признаку разделить, примерно треть из 30…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments

  • В одном детском саду

  • За рулем

    Да, были игрушки в наше время, я даже не знал, что было такое разнообразия, у меня был только первый вариант, а выпускал их Томский приборный завод.…

  • Одет по форме

    В мою бытность таким же, особым шиком пользовались солдатские ремни, наш класс можно было смело по ременному признаку разделить, примерно треть из 30…